Внешнеторговая политика Узбекистана: настоящее и будущее

April 4, 2019, 12:37

Анализ внешнеторговой политики Узбекистана в свете грядущего расширенного соглашения с Евросоюзом и подготовки вступления в ВТО — в колонке Алишера Умирдинова.

 

Профессор Нагойского экономического университета, член экспертного совета «Буюк Келажак» Алишер Умирдинов рассматривает поэтапную эволюцию внешнеторговой политики Узбекистана в свете готовящегося соглашения о партнерстве и сотрудничестве с Евросоюзом и подготовки вступления в ВТО.

Узбекистан вступает в новую эру международной торговли и инвестиций. Свидетельствуют этому февральские переговоры с Европейским союзом в Ташкенте. Руководство Узбекистана находится в процессе замены Соглашения о партнерстве и сотрудничестве с Европейским союзом, заключенного в 1999 году, новым соглашением, отвечающим современным условиям.

Кроме того, в ходе недавних визитов президента Шавката Мирзиёева в Южную Корею, США и Западную Европу прозвучали тезисы о скором вступлении Узбекистана во Всемирную торговую организацию (ВТО), и страны-партнеры обещали помогать Узбекистану в области обмена опытом и технической помощью в процессе присоединения к ВТО.

Помимо этих двух международных сделок, другой феномен заключается в расширяющемся торговом обороте как результате улучшения взаимных торговых отношений со странами Центральной Азии и Россией. Еще один феномен — заинтересованность руководства страны в участии в инициативе ближнего соседа Китайской Народной Республики «Один пояс — один путь». Все это говорит о том, что одним из важнейших приоритетов внешней политики правительства Узбекистана является диверсифицированные внешнеторговые направления.

Рис. 1. Внешнеторговый оборот Узбекистана за январь-декабрь 2018 года. Источник: Госкомстат.

Почему мы движемся по этому пути? Ответ прост: основной экспортной продукцией нашей страны являются природные ресурсы, и ограниченность узким кругом внешних партнеров делает Узбекистан уязвимой к резким изменениям спроса и цен на природные ресурсы.

До сих пор нашими основными торговыми партнерами были Россия, Китай, Казахстан, Турция и Южная Корея. Важно отметить, что импортируемые товары являются высоко ценимыми технологиями и медикаментами, и к 2018 году из 10 ведущих торговых партнеров (см. рис. 2) только с Афганистаном у нас имеется торговый профицит.

Со всеми остальными партнерами у нас отмечен торговый дефицит. Хотя это явление также объясняется тем, что производственная отрасль не является полностью диверсифицированной наряду с неспособностью найти необходимые альтернативные внешние рынки сбыта продукции. В данной статье рассмотрим именно проблему освоения дополнительных иностранных рынков договорно-правовыми средствами.

Рис. 2. Топ-20 стран, имеющих наибольший удельный вес в товарообороте Узбекистана. Источник: Госкомстат.

В своем выступлении на совместном заседании палат Олий Мажлиса в 2016 году в то время занимавший пост премьер-министра наш президент озвучил необходимость поиска новых рынков для узбекской продукции. На данный момент население Узбекистана составляет 33,2 миллиона, 2,6 миллиона из которых работают за границей. Конечно, с радостью можно отметить, что внешнеторговый оборот Узбекистана с соседями растет, однако не стоит ожидать большого спроса на наши товары и услуги в тех странах, которые производят схожие или взаимозаменяемые товары/услуги и имеют невысокую покупательcкую способность (за исключением Казахстана).

Поиск рынков сбыта ведется правительством и бизнесом, и эти действия уже дают свои плоды. В 2017 году экспорт страны вырос на 15% по сравнению с предыдущим годом. Также правительство приняло Концепцию по развитию увеличения экспорта на 2018−2022 годы, поставило цель удвоить экспортный капитал за пять лет с достижением его объема в совокупности 30 миллиардов долларов в год.

Рис. 3. Доля семи крупных стран-партнеров в экспорте товаров и услуг. Источник: Госкомстат.

В XXI веке рынки во многих государствах стали открытыми благодаря BТО, региональным или двусторонним торговым соглашениям. Если государство хочет продавать свою продукцию на рынке другого государства, то ему необходимо установить договорно-правовые отношения с этой страной. И если государство этого не сделало, ожидаемыми будут высокие тарифы и нетарифные барьеры на его товары.

Узбекистан заключила торговые соглашения с 11 странами СНГ, и в соответствии с ними продукция нашей страны может ввозиться на территорию стран без ввозных таможенных пошлин. Кроме того, Узбекистан договорился с 45 странами о взаимном предоставлении наиболее благоприятного режима торговли. Это также предотвращает дискриминацию отечественных товаров и услуг в других странах.

Единственным торговым соглашением на территории СНГ, в котором участвует Узбекистан, является Зона свободной торговли СНГ, к которой Узбекистан присоединился в 2014 году. Соглашение создает хорошую правовую основу для расширения торговли между Таможенным союзом Евразийского экономического союза (ТС ЕАЭС) и Узбекистаном. В то же время условия соглашения действительны для Узбекистана на нескольких условиях. Согласно соглашению, до 31 декабря 2020 года или до вступления Узбекистана в ВТО стороны освобождаются от обязанности предоставлять национальный режим друг другу.

Национальный режим — предоставление прав товарам и услугам государства A аналогичных прав для своих товаров и услуг. То есть уравнивание условий для иностранных товаров и услуг и товаров и услуг своего государства.

Режим наибольшего благоприятствования — порядок, когда государство A применяет права, установленные на товары и услуги государства B, без какой-либо дискриминации к товарам и услугам государства C. При этом страна A приравнивает товары и услуги стран B и C и не проводит различия между ними тарифными и нетарифными мерами.

Возможно вы спросите: государство с правовой точки зрения уже открыло достаточное количество рынков для своих предпринимателей, в чем же проблемы? Прежде всего, Узбекистан не заключал расширенные соглашения о свободной торговле с этими 45 странами. Во-вторых, сфера действия соглашения между странами СНГ также узка, что недостаточно для расширения нашего экспортного потенциала.

Более того, к сожалению, существует много проблем при реализации соглашений между странами СНГ, и стороны не используют правовые механизмы для разрешения споров. Это значит, что все вопросы приходится разрешать на высшем уровне политического диалога. А политический диалог не способен разрешить все имеющиеся вопросы и не является стабильным методом разрешения споров.

Соглашения о свободной торговле в рамках СНГ отличаются от аналогичных соглашений развитых стран и ВТО именно этой стороной: то есть снижение тарифов предусматривается в незначительной степени и работа правовых механизмов неэффективна.

Теперь, куда же движется Узбекистан? По наблюдениям автора, траекторию развития внешней торговли страны можно рассматривать следующим образом:

Первый этап: исторические переговоры с Евросоюзом начались

Очевидно, что правительство Узбекистана уделяет большое внимание соглашению, заключаемому с Евросоюзом. Потому что именно узбекская сторона предложила возобновить действие договора от 1999 года в 2017 году, а официальные переговоры начались в ноябре 2018 года в Брюсселе. Следует отметить, что это все свидетельствует о теплом восприятии Европейским союзом проводимых реформ в Узбекистане. Пока из стран Центральной Азии Европейский союз подписал такое расширенное соглашение только с Казахстаном.

Ожидается, что Договор о расширенном партнерстве и сотрудничестве будет включать больше вопросов в отличие от соглашения 1999 года. Первый раунд переговоров состоялся в Ташкенте 4−7 февраля 2019 года. Следующий раунд переговоров состоится в Брюсселе. Пока точная дата окончания переговоров не известна. В случае с Казахстаном достижение подобного соглашения заняло около трех лет, и сторонам пришлось пройти в общей сложности восемь раундов-переговоров.

Ключевыми вопросами являются следующие: насколько Узбекистан хочет демократических реформ и успешного обновления правозащитных институтов, а также насколько хорошо он может привести законодательство в соответствие с нормами законодательства ЕС. Что касается торговли и инвестиций, большую роль играют вопросы снижения импортных пошлин для ЕС, открытие внутренних рынков для европейских инвесторов, ликвидация технических барьеров, защита интеллектуальной собственности и согласие с критериями ВТО.

Что же нам дает соглашение с Евросоюзом? Если мы сможем успешно заключить соглашение, то можно надеяться на упрощение политического диалога между Европейским союзом и Узбекистаном, а также расширение наших торговых и инвестиционных отношений. Оно может быть расширено до уровня свободной торговли и инвестиций. Потому что на нас не ложится тяжелое бремя всегда выполнять требования Евразийского таможенного союза. На данный момент мы намного более свободны в формировании внешнеторговой политики. Конечно, такое соглашение на высоком уровне зависит, прежде всего, от политической воли руководства страны.

С другой стороны, если в настоящее время мы пользуемся GSP (Универсальная льготная система) на рынке Европейского союза, в результате заключения расширенного соглашения нашей стране будет проще войти в систему GSP+.

Универсальная система преференций Европейского союза (General System of Preference, GSP)

GSP — это применение льготных тарифных ставок для экспортируемых товаров в развитые страны, к универсальной системе привилегий, экономическому росту и экспортному потенциалу развивающихся стран. Узбекистан в настоящее время является участником системы GSP, которая позволяет продавать продукцию в ЕС путем снижения экспортных тарифов. GSP+ предоставляет 66% тарифов для дополнительных тарифных стимулов и свободного доступа на рынок ЕС, что в будущем удвоит объем экспорта узбекских компаний в страны-члены ЕС.

Например, если система GSP в настоящее время имеет таможенную пошлину в 6,4% для текстильной промышленности в Узбекистане, то при входе в GSP+ взимается 0%. Другим примером является то, что Кыргызстан использует эту возможность для развития широкого спектра секторов экономики, используя бесплатные таможенные тарифы по 6200 тарифным линиям Европейского Союза. Другими словами, наши кыргызские соседи не платят никакой таможенной пошлины при входе на рынки ЕС. Важно отметить, что критерии статуса GSP+ включают обеспечение безопасных условий труда в стране, защиту трудовых прав, защиту окружающей среды и эффективное управление производственным процессом.

Другим важным моментом является то, что переговоры с ЕС, где в основном доминируют нормы ВТО в торговых вопросах, будут служить для нас хорошим опытом при вступлении в ВТО. Кроме того, расширение торгово-экономических связей с ЕС, означает, что мы будем действовать на основе европейских стандартов при проведении реформ в сфере прав и свобод человека, а также в изучении передовых демократических институтов.

Второй этап: с большой вероятностью — Всемирная торговая организация

В ВТО входят 164 государства-члена, на которые приходится около 95% мирового товарооборота. Между тем, 23 страны на данный момент ведут переговоры и ожидают своего присоединения. Узбекистан является одним из них.

Хроника: Узбекистан и ВТО

21 декабря 1994 года: создана рабочая группа для Узбекистана.

1998 год: Узбекистан учредил межминистерский комитет для ВТО.

17 июля 2002 года: 1-е заседание рабочей группы.

Октябрь 2005 года: 3-е заседание рабочей группы.

Большой перерыв

Ноябрь 2017 года: налажено сотрудничество между Узбекистаном и Кореей по вступлению в ВТО.

Декабрь 2017 года: президент Шавкат Мирзиёев официально обратился к Олий Мажлису о началах переговорах по членству в ВТО.

Март 2018 года: «дорожная карта» определила 34 шага.

Май 2018 года: создана государственная рабочая группа для изучения влияния членства в ВТО на секторы экономики.

Июнь 2018 года: Европейский союз выделил 5 млн евро на членство в ВТО.

Июнь 2018 года: вопросы сельского хозяйства при членстве в ВТО: предложения по сельскохозяйственной и торговой политике.

Июнь 2018 года: USAID предоставил список этапов вступления Узбекистана в ВТО.

Сентябрь 2018 года: проведены переговоры по вступлению Узбекистан в ВТО в Астане.

В условиях глобализации ни одна страна не может достичь многогранного развития в изолированных условиях. Наконец-то Узбекистан осознал, что быть активным участником мирового сообщества будет сложно без членства в ВТО. Фактически, Узбекистан имеет статус наблюдателя с момента создания BТО в 1994 году и был нацелен на приобретение членства в BTО. Однако требования BТО и либерализация нашей денежно-кредитной политики стали серьезным препятствием на этом пути. Существуют две основные причины, побуждающие к вступлению в BTО: расширение рынка сбыта с приобретением правовой защиты ВТО и повышение конкурентоспособности в сравнении с соседними странами. Следует отметить, что на данный момент, за исключением Узбекистана и Туркменистана, все страны Центральной Азии являются членами ВТО.

Хотя сроки проведения двусторонних и многосторонних переговоров в рамках BTО все еще не определены, вполне вероятно, что все они начнутся вскоре после заключения соглашения с ЕС.

До этого, правильно оценив требования ВТО и его экономическое влияние, необходимо осуществить действия по либерализации управления промышленными отраслями, полное соблюдение законодательства о конкуренции, защиту объектов права интеллектуальной собственности.

Прежде всего, членство в ВТО может помочь Узбекистану либерализовать торговую политику при относительно низких затратах и ускорить торговлю за счет улучшения доступа к рынкам во многих странах-членах BTО.

Во-вторых, членство в BTО позволит стране полностью реализовать свой двусторонний торговый потенциал и диверсифицировать торговлю через географическое распределение.

В-третьих, членство в BТО поможет снизить уязвимость к возможным защитным мерам со стороны членов ВТО и сделает процесс либерализации торговли необратимым для Узбекистана. Это, в свою очередь, позволит лучше прогнозировать условия экономической политики и роста торговли, а также притока иностранного капитала.

В-четвертых, членство в BTО укрепляет переговорную позицию, особенно в отношении торговых соглашений с государствами, находящимися на пути вступления в BTО. Наконец, членство в BТО поможет повысить потенциал управления политикой и качества административных институтов.

Однако вступление в BTО является долгосрочным процессом. Несмотря на то, что для Кыргызстана процесс вступления в членство в ВТО занял почти три года, для соседнего Китая на это ушло почти 15 лет. Это связано с тем, что процесс вступления является сложным и необходимо вести переговоры со многими государствами-членами, а также провести ряд институциональных реформ.

Часть 2 статьи 2 Соглашения по санитарным и фитосанитарным мерам закрепляет, что члены ВТО в целях защиты человека, животных и растений имеют право применять и требовать соблюдение норм санитарии и фитосанитарии. Примеры применения таких мер встречаются часто. Следовательно, если мы не будем прилагать усилия для улучшения качества продукта и его технического осмотра, строить современные лаборатории, нам сложно будет выйти на новые рынки.

Важное предложение:

Готовясь ко вступлению в ВТО, необходимо создать научно-исследовательские центры в сферах потенциального экспорта и торгово-экономических отношений, наращивая интеллектуальный потенциал кадров, обеспечивая перевод документации на английский с узбекского и русского и на узбекский с английского. Если мы не сделаем этого, нам будет сложно вести сильные переговоры в проблемных ситуациях и осуществлять выгодную торговлю, несмотря на вступление в экономические организации. Иначе, став членом международных торговых и экономических организаций, мы не сможем искать для себя преимущества и всего лишь откроем собственные рынки для иностранных товаров.

Третий этап: Сделки о свободной торговле

Государства, которые желают дальнейшей либерализации торговли, могут в рамках BTО заключать более углубленные и расширенные торговые соглашения (deep free trade agreements) без дискриминации. Это может быть страна, которая является с экономической точки зрения важной, рынок которой привлекателен для нас. Широко известно, что такие глубоко укоренившиеся соглашения включают не только торговлю, но и такие вопросы, как инвестиции, услуги, конкуренция и трудовая миграция. В частности, соглашения, заключаемые с ЕС, США, Канадой, Японией и Южной Кореей, являются хорошим примером.

UZ-KOR является одним из первых кандидатов. Южная Корея и Узбекистан восстановили некоторые из самых важных взаимосвязей за годы независимости. Соглашение о свободной торговле, заключенное в такой ситуации, может быть дополнением к ВТО.

Мы также можем рассмотреть возможность составления двусторонних или многосторонних торговых сделок с соседями из Центральной Азии. До настоящего времени соглашение о свободной торговле Центральной Азии еще не претворилось в жизнь по-настоящему. Действенное соглашение сможет повысить взаимное доверие и сближение наших народов и радикально увеличить долгожданную региональную экономическую интеграцию.

В этом может быть позитивной роль неофициального консультативного совета глав государств Центральной Азии, который начал работу в 2018 году по инициативе президента Шавката Мирзиёева, и будет проводиться уже во второй раз в Ташкенте в этом году. Выступая на международной конференции в Ташкенте в феврале 2019 года, министр иностранных дел Абдулазиз Камилов подчеркнул, что двумя приоритетами регионального сотрудничества в Центральной Азии являются установление взаимовыгодного сотрудничества и укрепление торгово-экономического сотрудничества с использованием этих платформ.

В этом свете правильным является на данный момент не вхождение Узбекистана в Евразийский экономический союз, возглавляемый Россией. Потому что членство в ТС ЕАЭС может приспособить нашу торговую и таможенную политику к российским стандартам, что затруднит поддержание гибкой и свободной внешнеторговой политики. Более того, важно не исключать преимущества от более глубоких торговых сделок с Японией, США, Турцией, Индией и Китаем. Однако нам нужно знать, что в зависимости от того, с какой страной мы будет заключать более расширенное соглашение, наш торговый оборот и промышленность будут также формироваться соответствующим образом, то есть будут меняться тип, качество и объем предлагаемых нами товаров и услуг.

Таким образом, переход к третьему этапу произойдет только после заключения соглашения с ЕС и вступления в ВТО и только после того, как рынок будет обучен совершенно новым условиям, что приведет к некоторым болезненным реформам. Этот период — более 10 лет.

В таком случае будет полезным провести сравнительный анализ стран со схожими чертами экономики, где в основном упор делается на приток прямых иностранных инвестиций и дешевую рабочую силу. Например, когда Вьетнам стал членом ВТО в 2007 году, Япония быстро начала расширять свои торговые и инвестиционные соглашения со странами АСЕАН, ЕС и Азиатско-Тихоокеанским регионом. Ее главная цель была расширить инвестиционные пути и занять больше места на мировом рынке, конкурентоспособной продукции Вьетнама.

Нам также следует провести глубокий анализ экономических и социальных последствий переговоров с ЕС и BTО, а также параллельно разработать долгосрочную «дорожную карту» и своевременно оповестить и просвещать широкую общественность, в частности, наших крупных предпринимателей.

 

gazeta.uz